Содержание

Рубрики

Последние статьи

Реклама

Чарльз Дарвин


«Гармония», целесообразность, повседневно наблю­даемая среди животных и растений, также есть следст­вие отбора самой природой наиболее приспособленных и устранения «негармоничных» особей и видов живот­ных и растений. Именно благодаря отбору в условиях Севера появились белые куропатки и медведи. Выжива­ли и усиленно размножались те цветы, у которых появи­лись свойства, привлекавшие пчел, и те пчелы, строение и поведение которых быстрее изменялось вслед за из­менениями цветков. Естественный отбор объяснил и су­губо относительный, ограниченный, а не абсолютный, как утверждает Библия (вспомним, что в ней после каж­дого акта «творения» повторяются слова: «И увидел бог, что это хорошо»!), характер целесообразности в органи­ческом мире. Все виды растений и животных приспособ­лены только к определенным условиям существования, а так как последние весьма изменчивы, то и приспособлен­ность животных и растений к ним временна, ограни­ченна.

20 лет потратил Дарвин, чтобы привести свои идеи в стройную систему. И вот 24 ноября 1859 г. в Лондоне вышел в свет труд Дарвина «Происхождение видов и естественный отбор». Появление этой книги было подоб но взрыву бомбы: ведь она открыто посягала на при­вычные, казавшиеся большинству ученых того времени незыблемыми положения Библии о сотворении органиче­ского мира богом! Не случайно К. А. Тимирязев оха­рактеризовал эволюционную теорию как «самую глубо­кую революцию, когда-либо произведенную в области естествознания».

Дарвин прекрасно понимал атеистическую сущность своего учения. «Я не могу поверить,- писал он другу,- чтобы в стремлении каждого вида было хоть на крош­ку больше вмешательства творца, чем в движении планет». Уже в период написания книги Дарвину было очевидно, что человек, этот, по Библии, «венец тво­рения», произошел естественным путем, от ископа­емых высших обезьян. В январе 1860 г. он пишет Джен-нигу: «Конечно, каждый волен верить, что человек появился вследствие особого чуда, однако я не вижу ни необходимости, ни вероятности этого». Как настоящий борец за истину, Дарвин не мог не ответить категори­ческим отказом на все уговоры друзей каким-нибудь образом смягчить атеистическую направленность сво­ей   теории,   согласовать ее с верой   в существование «высшего разума». Так, в письме к видному английскому геологу Лайеллю он писал: «Я очень много думал о том, что Вы высказываете относительно необходимо­сти постоянного вмешательства творческой силы. Я не вижу этой необходимости, ,и допущение ее, по моему мнению, сделало бы всю теорию естественного отбора бесполезной».

Книга Дарвина сразу же очутилась в центре ожесто­ченной идеологической борьбы. От Дарвина отвернулись многие близкие друзья, его травили в прессе, в аноним­ных письмах. «Тяжело быть ненавидимым в такой сте­пени, как ненавидят меня»,- сокрушался он в одном из писем к Лайеллю.

Но вместе с тем Дарвин не афишировал антирелиги­озной направленности эволюционного учения. Причины этого он указал в письме к Карлу Марксу: «Будучи ре­шительным сторонником свободы мысли во всех вопро­сах, я все-таки думаю (правильно или неправильно, все равно), что прямые доводы против христианства и теиз­ма едва ли произведут какое-либо впечатление на публи. ку и что наибольшую пользу свободе мысли приносит постепенное просвещение умов, наступающее в результа­те прогресса науки. Поэтому я всегда сознательно избе­гал писать о религии и ограничил себя властью науки. Впрочем, возможно, что на меня тут повлияла больше, чем следует, мысль о той боли, которую я причинил бы некоторым членам семьи, если бы стал так или иначе поддерживать нападки на религию».

Эти причины заставляли его время от времени даже делать оговорки в пользу религии. Так, в конце «Проис­хождения видов» он неожиданно вставил фразу, пол­ностью противоречащую всему содержанию книги: «Есть величие в этом воззрении, по которому жизнь, с ее раз­личными проявлениями, творец первоначально вдохнул в одну или в ограниченное число форм».

Используя эти оговорки Дарвина, некоторые современ­ные богословы пытаются как-то приспособить его учение к религии, убедить верующих в том, что Дар­вин был религиозным человеком. Но подобные попытки совершенно неправомерны, ибо отдельные уступки Дар­вина религии нисколько не затрагивали атеистической сущности теории естественного отбора. Не случайно ее запрещено преподавать во многих странах, а сторонни­ки ее подвергаются гонениям и даже судебному пре­следованию.

Страницы: 1 2