Содержание

Рубрики

Последние статьи

Реклама

Франсуа Рабле

1 марта 1552 г. в Париже осужден на сожжение роман французского гуманиста Ф. Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль».

Франсуа Рабле (1483 или ок. 1494- 1553) жил в эпоху Возрождения - в эпоху величайшего прогрессивного переворота, которая, по меткому за­мечанию Ф. Энгельса, «нуждалась в титанах и… породила титанов по силе мысли, страстности и характеру, по многосторонности и учености».

Франсуа Рабле поражал своих современников исключительной раз­носторонностью и глубиной знаний. В его произведениях мы находим многочисленные экскурсы в область медицины, биологии, ботаники, юрис­пруденции, археологии.

Наиболее ярко талант писателя раскрылся в произведении, ставшем делом всей его жизни и принесшем ему мировую известность, - в ро­мане «Гаргантюа и Пантагрюэль».

Пафос книги направлен против реакционного Средневековья во всех его проявлениях, начиная от соци­ально-политического устройства раз­дробленной Франции и кончая схола­стикой в науке, средневековыми ме­тодами преподавания - зубрежкой и догматизмом, которые не имели ни­чего общего с задачами познания окружающего мира.

Рабле как гуманист-просветитель прямо связывает задачи социального переустройства, создания разумных общественных отношений с воспита­нием подрастающего поколения.

Убивающей пытливую мысль схо­ластике писатель противопоставляет программу разумного воспитания гармонической личности. Учитель Гаргантюа - Понократ (от греч. «власть труда») знакомит своего ученика с естественными науками, с ремеслами печатника, часовщика, ткача, обучает игре на музыкальных инструментах и заставляет занимать­ся физическими упражнениями.

Отвергая принуждение и насилие над человеческой личностью, Рабле в описании Телемского аббатства создает свой идеал государственного устройства. Телемское аббатство, устав которого состоял из одиой-единственной статьи - «делай, что хочешь», - воплощение молодости, радости жизни, бодрости духа. Тепа-миты чтут науки и искусства, все они умеют играть на музыкальных ин­струментах, читать, говорить и пи­сать стихи на пяти-шести языках. Они вольны вступать в брак. Нигде, кроме Телемской обители, не было столь отважных, сильных и неутоми­мых рыцарей, столь изящных и весе­лых женщин, «охотниц до всяких почтенных и неподневольиых жен­ских занятий».

Выдающееся творение француз­ского гуманиста навлекло на себя немилость своей антифеодальной и антиклерикальной направленностью.

Здесь и саркастическая насмешка над монахами, которые не пашут землю в отличие от крестьянина, не охраняют отечество в отличие от воина, не лечат больных в отличие от лекаря, а только терзают слух окрестных жителей «дилиньбом-каньем своих колоколов». Здесь и едкая сатира на евангельскую леген­ду о непорочном зачатии, и высмеи­вание веры в загробную жизнь. Ка­кое уж тут блаженство на «том свете», если Александр Македон­ский в аду штопает старые штаны, Цицерон исполняет роль истопника, а папа Сикст лечит от дурных бо­лезней!

С большой силой отрицательное отношение писателя к христиан­ским догматам проявляется в прит­че о Физйсе и Антифизйсе. Физиса (т. е. природа) сотворила Красоту и Гармонию. Антифизиса создала Не­домерка и Нескладу, породила на свет изуверов, святош, лицемеров, пустосвятов и прочих безобразных и противоестественных чудовищ. Ал­легория писателя довольно прозрач­на: он внушает читателю мысль о том, что все истинно прекрасное и хорошее исходит от матери-приро­ды, а не от бога, все же безобраз­ное и низменное, все, что противо­речит природе, - порождение ре­лигии.

Страницы: 1 2